Сердце и объятия – тайный завет между родителями и детьми

Сердце и объятия – тайный завет между родителями и детьми

Когда я сажусь в самолет и направляюсь преподавать в какую-либо точку мира, я молюсь. После всех организационных мероприятий, связанных с такой поездкой  (помимо самой поездки нужно позаботиться о том, чтобы супруг и трое наших сыновей не голодали во время моего отсутствия, что означает подготовить холодильник и кладовку к экстренной ситуации, схожей с войной), я нахожу время попросить Создателя об одном – вдохновении, придающем мне силы для духовного обновления тех дорогих мне людей, с которыми я вскоре встречусь.

На этот раз мне в голову пришла короткая молитва: «Боже, воспользуйся мной!». Это было моей интерпретацией известной молитвы Франсиско Масиса «Господи, сделай меня орудием Твоего мира».

В этот раз на молитву был получен неожиданный ответ. Она не только дала мне точные слова для проведения семинара «Фитнес для духовной жизни» в Европе, но и подарила новый преподавательский опыт – способность  принять послание души умершего молодого человека для его матери.

В Люксембурге в лекционном зале прямо передо мной сидела женщина лет пятидесяти, которая со слезами на глазах представилась: «Меня зовут Энди (имя изменено). Я из Франции и приехала в Люксембург полгода назад, чтобы начать новую жизнь. Я недавно развелась и… потеряла сына… который покончил жизнь самоубийством около года назад…»

Те, кто не прослезился, видя боль этой женщины, не могли сдержать слез, когда мы дошли до последней части семинара, где каждому участнику предлагалось написать благословение своему ребенку. А для того, чтобы благословение исполнилось – родитель должен сам жить в соответствии с ним.

И Энди благословила своего умершего сына. Мы все плакали, и я поняла, что должна встретиться с ней лично. Вернувшись домой, я написала Энди электронное письмо и мы договорились увидеться накануне моего отъезда в Барселону.

Мы встретились в кафе и Энди начала рассказывать мне историю своей жизни, переплетенную с историей жизни ее сына Саула.

– За неделю до свадьбы нынче уже бывший муж угрожал задушить меня. Но я была очень молода и думала «так много людей уже купили билет на самолет, чтобы попасть на свадьбу, что ее нельзя отменять»… Вот я и вышла замуж. Получив жесткое католическое воспитание, я не смела и думать о разводе, хотя дом, который мы построили, был пропитан насилием, от которого особенно страдал Саул… Отец издевался над ним физически, но особенно морально…

Описав особо жестокий инцидент, она прервала свой рассказ и вытерла поток нахлынувших слез, а после продолжила:

– Но ты ведь знаешь, в Новом Завете написано «что Бог сочетал, того человек да не разлучает», вот я и не разводилась.

Я на мгновение остановила ее, чтобы объяснить истинный смысл этого высказывания согласно тому, как учит автор послания Граля:

– Произнося эти слова, Иисус имел в виду связь двух душ, предназначенных друг для друга по высшему божественному замыслу. Когда происходит такая связь, третий человек не должен вмешиваться и разлучать эти души. Например, родители не должны вмешиваться в сделанный из чистой любви выбор пары своего ребенка по каким-либо экономическим, религиозным или социальным мотивам.

Сделав паузу и взглянув на изумленное лицо Энди я продолжила:

– Дело в том, что много раз духовное послание Иисуса  интерпретировалось в материалистичном и интеллектуальном ключе, и, таким образом, «то, что Бог сочетал» стало эквивалентным земной власти церкви и, следовательно, те, кто сочетался браком одним из ее представителей, не имеет права разводиться.

Долгое молчание. А затем Энди продолжила свой рассказ:

– Я не знаю, как обстоят дела в той культуре, откуда ты родом, но в моей культуре требуется много работать и зарабатывать, чтобы – она горько улыбнулась – иметь возможность отправиться на лучшие курорты, а детям пойти в элитные школы, носить дизайнерскую одежду… и закончить свой жизненный путь в престижном доме престарелых… И так мы с бывшим мужем трудились без перерыва на престижных работах, что требовало частой смены стран проживания. Двое других моих детей выдержали эти переезды, а также  то, что я проводила с ними очень мало времени, но Саул был другим. Он был очень чувствительным ребенком, с артистичной душой, и страдал не только от отсутствия любви в доме, но и в школе. Дети издевались над ним, он не мог адаптироваться к новым языкам и с каждым днем становился все более одиноким и печальным. Иногда, когда мы встречались поздно вечером, он обнимал меня, прося остаться с ним, и спрашивал, есть ли шанс, что однажды я разведусь с его отцом. А мне приходилось работать и работать… и меня не было рядом с ним…

Мы обе заплакали. Может ли быть что-либо больнее в этой жизни, чем осознать, что тебя не было рядом с ребенком, хотя он ясно об этом просил, а сейчас его нет в живых, и уже ничего нельзя исправить?

Как продолжать жить с виной, преследующей материнскую душу днем и ночью?

Какие слова я могу произнести, чтобы укрепить ее дух?

– Господь, пожалуйста, используй меня! – взмолилась я.

– Дай мне слова, чтобы утешить и поддержать эту несчастную женщину.

И вдруг слова потекли сквозь меня. И слова эти были не моими – я почувствовала, что душа Саула говорит во мне:

– Не грусти, мама! Я пришел научить тебя тому, что самое важное в жизни – это сердце и объятия.

Энди потрясенная смотрела на меня.

– Я не могу поверить что ты говоришь это, Хагит! В своей комнате Саул повесил огромный плакат с изображением всех внутренних органов человека, а на нем сердце красного цвета, над которым было написано: «Самое важное в жизни – это сердце и объятия!»

Да… это дух Саула говорил через меня… и я снова настроила себя для принятия его послания матери:

– Я пришел научить всю семью, и особенно тебя, мама, любить. Осознать, что самое важное – это сердце. И объятия. К сожалению, я не смог заставить тебя понять это при жизни, и поэтому моя смерть – это отчаянная попытка преподать тебе этот урок. Мама, я не могу продолжить свой путь и привязан к тебе, пока ты не научишься слышать свое сердце. Поэтому не оплакивай меня и не грусти о моем уходе, а открой свое сердце, чтобы потоки любви потекли от тебя к нуждающимся в ней людям. Если ты сделаешь это, моя смерть не будет напрасной, и моя душа станет свободной и счастливой.

И я попыталась объяснить дрожащей Энди слова ее сына:

– Между душами детей и родителей существует союз. Известна ли тебе разница между договором и союзом?

Она покачала головой в знак отрицания.

– Когда между двумя людьми заключается договор, каждая из сторон вправе его расторгнуть в случае, если он больше не отвечает ее интересам. Находясь же в союзе, мы ручаемся за счастье другого и готовы даже пострадать за то, чтобы наш союзник пробудился. И самый священный союз заключается между детьми и родителями, ибо законы реинкарнации души не допускают никакой случайности в выборе родителей душой ребенка. Поэтому на глубочайшем уровне, когда ребенок видит, что его родители не находятся там, где должны находиться, он неосознанно способен взвалить на себя медицинские, социальные или образовательные проблемы в попытке их пробудить. Свои проблемы ребенок являет как зеркало для родителей, и если им хватит смелости всмотреться в него вместо того, чтобы третировать и наказывать ребенка, проблемы ребенка отпадут сами собой!

Энди была глубоко тронута сказанным и не могла сдержать слез.

– Энди, я обещаю, однажды мы обсудим, почему душа не перестает существовать после смерти. Однако, сейчас важно, чтобы ты поняла, что душа Саула продолжает держать перед тобой зеркало «Самое важное – это сердце», а на самом деле – твой дух! Если продолжишь оплакивать, обвинять себя и работать как ненормальная, пытаясь забыть о боли, то выходит что его смерть была напрасной. Но если ты примешь смерть сына как величайший дар, который кто-либо мог дать твоей душе, и взрастишь в себе любовь, вы оба получите освобождение.

– Как?

– Внемли сердцу. Оно наставит тебя, где ты должна его открыть. Например, помнишь, что было в конце семинара?

– Конечно!  –сразу же ответила она.  – Я случайно села рядом с Халедом (имя изменено), парнем, сбежавшим из Сирии и ровесником Саула! И я подумала, что он здесь в Люксембурге без матери, а я здесь без сына, и, может, я смогу помочь ему… возможно, это не случайно…

– Именно, Энди! Ничто не случайно! Отныне жизнь будет давать тебе возможности открывать свое сердце и любить. Не упусти их! Не разочаровывай Саула!

– Я не подведу его! – ответила она. – Обещаю!

– Простите… не хотите ли заказать десерт? – спросил подошедший к нам официант, почувствовав себя немного неловко перебивая нас.

– Нет, спасибо –  ответили мы одновременно. А затем Энди достала из сумки фотографию Саула и передала ее мне. Я посмотрела на молодого человека и встретилась с ним взглядом.

– Хагит, я хочу отдать тебе эту фотографию… может, если ты услышишь что-нибудь от него, то напишешь мне?

У меня не было слов, глаза напомлнились слезами.

– Ты знаешь, – продолжила она, – в последний день рождения Саула, после его смерти, я решила развестись с его отцом. И самым удивительным было прощальное письмо, которое я написала ему, я чувствовала, будто кто-то диктует мне его. Я написала, что прощаю его, что я не хочу жить в обиде и желаю каждому члену нашей семьи обрести мир и любовь. Ты думаешь, возможно, это Саул помог мне?

Я улыбнулась.

Прежде, чем мы попрощались, она взглянула на меня и сказала:

– Я не знала, почему решила поехать в Люксембург. У меня не было особой причины. Я просто прислушалась к зову сердца… или Саула? – и она рассмеялась. Но теперь я знаю, зачем приехала сюда. Это было ради встречи с тобой!

И я подумала: «Даже если бы я приехала в Люксембург только ради одной этой встречи, этого было бы достаточно! Ибо «спасти одну душу – это как спасти весь мир!»

Select your currency
EUR Евро
USD Доллар США